Театр в кино: Катарина, или Дочь разбойника

Умная и умелая стилизация утраченного спектакля Жюля Перро и Цезаря Пуни Красноярского театра оперы и балета на сцене Большого театра. «Катарина, или Дочь разбойника» — отважный просветительский проект Красноярского театра оперы и балета, впервые в России предъявляющего публике забытый более чем на сто лет балет из наследия выдающегося хореографа, либреттиста, автора знаменитой «Жизели» Жюля Перро. Основой для сюжета послужили реальные события из жизни итальянского художника-бунтаря Сальватора Розы — его встреча и любовь с атаманшей разбойников Катариной. В балете получилась история темпераментная, страстная, в духе лучших приключенческих романов — эпоха позднего романтизма не могла не добавить и флера драмы, и флера комедии. Красноярский театр оперы и балета вернул к жизни этот очаровательный, незаслуженно забытый спектакль, отдав должное не только виртуозным танцам, но и разным сюжетным редакциям: балет танцуют, внезапно, с несколькими финалами, на любой вкус. История балета «Катарина, или Дочь разбойника» началась 3 мая 1846 года в Королевском театре Лондона, продолжилась в 1848 году в миланском La Scala, где партию Катарины танцевала Карлотта Гризи — выдающаяся танцовщица и муза Жюля Перро. Вскоре «Катарину» увидели и в России. Постановкой 1849 года на сцене Большого театра Петербурга (таким было первое название Мариинского театра) занимался сам автор, вскоре приглашенный на должность главного хореографа. Годом позже спектакль перенесли на сцену Большого театра Москвы. Танцы для очередных версий в Мариинке ставили Мариус Петипа (1870 года) и Энрико Чекетти (1888 год и 1894 год), в Большом — Хосе Мендес (1895 год). В постоянных обращениях к этому балету нет ничего удивительного. Ведь в своем либретто Жюль Перро использовал одного из героев популярной новеллы Э.-Т.-А.Гофмана «Синьор Формика» — реального итальянского художника XVII века Сальватора Розу. В новелле художник характеризуется такими словами: «Живые, умные разговоры о науках и искусствах не прерывались никогда, а Сальватор с его оригинальным, склонным к фантастическому характером, умел придать какую-то особенную прелесть общему настроению этих бесед». Сальватор Роза (1615–1673) был не только художником, но и поэтом, философом, музыкантом, впоследствии чтимым как в Италии, так и за ее пределами, особенно в Англии, где в начале ХIХ вокруг его имени начал складываться настоящий культ. Понятно, почему реальная история его пленения шайкой разбойников, в чью предводительницу влюбился эстетствующий свободолюбец, не могла не очаровать хореографа, в краткий период своего проживания в Лондоне превратившего эффектное «житие художника» в настоящую романтическую драму с пленениями и освобождениями, погонями и преследованиями, комическими переодеваниями и трагическими прозрениями. Пойманный разбойниками во время утренней прогулки и сразу оценивший красоту Катарины живописец еще не догадывается, как бесконечно полюбит ее, увидев в образе модели большой картины в собственной мастерской. Лирические отношения главных героев усложняют фигуранты любовных треугольников в лице Дьяволино, обожающего Катарину смельчака-разбойника, и ветреной Флоринды, невесты Сальватора. Неминуемым стычкам разбойников с преследующими их гвардейцами совершенно не противоречат красивые кордебалеты вроде женского «Стратегического танца» с ружьями. Словно ведьма на метле в Вальпургиеву ночь, действие переносится с просторов Абруццких гор в толчею деревенского трактира, выплескивается из мастерской художника в чреватую опасностями толпу римского карнавала, приводя к весьма нестандартному тройному финалу. Публике следует поверить сначала в трагическую смерть Сальватора Розы (первый финал), затем в не менее трагическую смерть Катарины (второй финал), после чего изумленно принять абсолютнейший happy end третьего финала, воссоединяющего прекрасных героев этого балета. При подготовке спектакля были использованы исследования специалиста по творчеству Жюля Перро Ольги Федорченко (Санкт-Петербург); изучены эскизы костюмов и декораций из фондов Санкт-Петербургского государственного музея театральной и музыкальной культуры. В оформлении постановки использованы сюжеты картин Сальватора Розы. Оркестровую версию музыки (на основе сохранившихся партий и клавиров Цезаря Пуни) по заказу театра осуществил Петр Поспелов (Москва).